Встреча с молодыми предпринимателями, инженерами и учёными

10.06.2022 92

В преддверии Петербургского международного экономического форума в инновационно-образовательном комплексе «Техноград» на ВДНХ Президент проводит встречу с молодыми предпринимателями, инженерами и учёными – участниками ПМЭФ.

В.Путин: Добрый день, дорогие друзья!

Мне очень приятно вас видеть.

Мы с вами, как видим и понимаем, находимся на ВДНХ – такая традиционная площадка, где десятилетиями демонстрировались наилучшие достижения нашей страны во всех основных направлениях развития: это то, что всегда составляло гордость страны, и то, что двигало её вперёд и позволяло находиться на самых передовых рубежах развития. Даже можно сказать, что и наша страна прошла за предыдущие десятилетия колоссальный путь трансформации и изменений, и лучшим подтверждением того, что это происходило со страной, является сама эта площадка – ВДНХ.

Фото - kremlin.ru

Вы люди молодые, но, наверное, многие знаете, что из такой площадки демонстрации достижений Советского Союза она превратилась в какую-то помойку и рынок, и постепенно-постепенно, по мере того как ситуация в стране менялась, менялась и ВДНХ. И теперь здесь мы тоже возрождаем те принципы, на которых эта выставка была основана, что даёт возможность вам и таким, как вы, – людям молодым, красивым, симпатичным, умным, креативным и устремлённым в будущее – демонстрировать свои достижения. На новой базе, но тем не менее это происходит, причём в самых разных областях.

Наша встреча проходит в преддверии Санкт-Петербургского международного экономического форума, и я попросил Администрацию, своих коллег из Правительства организовать такую встречу именно для того, чтобы послушать ваши соображения о том, как по-вашему мнению, где мы сегодня находимся, куда движемся и что нам нужно сделать дополнительно для того, чтобы это движение вперёд было абсолютно обеспечено, было безусловным, шло на пользу стране, всем участникам этого замечательного процесса.

И обещаю, что на все ваши предложения, идеи постараюсь отреагировать. Мне это делать проще, чем вам, я просто даю поручения; вам нужно самим что-то придумывать, а мне – просто послушать вас и дать поручение. (Смех.)

Это, конечно, поможет мне и моим коллегам сориентироваться по поводу того, как нам выстроить работу на экономическом форуме в Петербурге.

Что хотелось бы сказать для начала? Мы с вами живём в эпоху перемен, это всем очевидно, все это понимают, видят. Происходят и геополитические трансформации, научные, технологические. Мир меняется, причём меняется стремительно. И для того, чтобы претендовать на какое-то лидерство – я уже не говорю про глобальное лидерство, но хоть в чём-то, – безусловно, любая страна, любой народ, любой этнос должны обеспечить свой суверенитет. Потому что не бывает каких-то промежуточных составляющих, промежуточного состояния: или страна является суверенной, или колонией, как бы колонии ни называть.

Сейчас не буду приводить примеров каких-то, чтобы никого не обижать, но если страна либо группа стран не в состоянии принимать суверенных решений, это уже в известной степени колония. А колония исторических перспектив всё-таки не имеет, шансов выжить в такой жёсткой геополитической борьбе. А она была всегда – я хочу просто, чтобы это было понятно, – не то что вот мы смотрим, что происходит вокруг нас и с нами, рот открыли: ах, ничего себе! Да так всегда было, понимаете, и всегда Россия оставалась, была на острие происходящих событий.

Да, были эпохи в истории нашей страны, когда приходилось отступать, но только для того, чтобы, собравшись с силами, идти вперёд, сосредоточиться и идти вперёд.

А суверенитет в современном смысле – вообще, это в принципе было всегда, но сегодня это особенно очевидно, – он складывается из нескольких составляющих.

Это военно-политический суверенитет, и здесь, безусловно, важно быть в состоянии принимать суверенные решения в сфере внутренней и внешней политики, обеспечить безопасность.

Второе – это экономический суверенитет: развиваться так, чтобы по базовым направлениям развития не зависеть ни от кого в критических технологиях, в том, что обеспечивает жизнеспособность общества и государства.

В современном мире чрезвычайно важен технологический суверенитет и, конечно, общественный суверенитет. Что я имею в виду? Это способность общества консолидироваться для решения общенациональных задач, это уважение к своей истории, к своей культуре, к своему языку, к народам, которые проживают на единой территории. Вот эта консолидация общества является одним из ключевых, базовых условий развития. Нет этой консолидации – и всё будет рассыпаться.

Причём я назвал эти составляющие суверенитета – можно, конечно, увеличить их число, это какие-то основные вещи – совершенно очевидно, что это всё взаимосвязано. Я перечислял: первое, второе, третье, четвёртое. Но на самом деле можно поменять порядок и начать с последнего и потом с любой точки. Почему? Потому что одно не существует без другого. Как добиться внешней безопасности, скажем, не имея технологических возможностей, технологического суверенитета? Невозможно.

У нас бы никогда не появилось гиперзвукового оружия, если бы не возможности нашей науки и промышленности. Никогда! И вы знаете, только когда сталкиваешься с этим, тогда понимаешь. Вот я, когда у нас появилось гиперзвуковое оружие, попросил принести список разработчиков, кого наградить, – я уже об этом говорил публично, вам ещё скажу раз, – принесли такой толстый фолиант. Я начал листать, а там не фамилии, там названия предприятий, КБ и НИИ. Честно говоря, даже я был удивлён. Я говорю: что ты принёс? Он говорит, если хотя бы одну вычеркнуть позицию, изделие бы не появилось. Тысячи людей работали, понимаете? Тысячи! Я тогда осознал глубину и возможности нашей «оборонки».

То же самое в экономике в целом. Если экономика будет хромать, чихать и кашлять, тогда всё. Тогда какая консолидация общества? А если не будет консолидации, то вообще ничего не будет.

Чтобы это всё эффективно использовать, иметь и использовать, конечно, нужно решать базовые задачи – демографическую задачу, а это значит здравоохранение, экология, наукой надо заниматься, образованием и воспитанием, что очень важно.

Вы знаете, я когда-то с Патриархом говорил, мы обсуждали вопросы образования, и вдруг он мне говорит: образование – это очень важно, ключевая вещь, но без воспитания у вас вообще ничего не получится, потому что можно человека научить чему-то, а как он воспользуется плодами своих знаний – вот в чём вопрос. Это чрезвычайно важные вещи: наука, образование, воспитание, здравоохранение, потому что без этого не решаются демографические вопросы и так далее. А культура? Если мы не будем опираться на базовые ценности национальных культур народов России, у нас и не будет никакой консолидации общества. Консолидации не будет – всё развалится вообще. А то, что нам приходится как бы защищать себя, бороться за это, – это очевидные вещи.

Вот сейчас мы были на выставке, посвящённой 350-летию Петра Первого. Почти ничего не изменилось. Удивительно! Как-то приходишь к этому осознанию, к этому пониманию.

Вот Пётр Первый Северную войну 21 год вёл. Казалось бы, воевал со Швецией, что-то отторгал… Ничего он не отторгал, он возвращал! Так и есть. Всё Приладожье, там, где Петербург основан. Когда он заложил новую столицу, ни одна из стран Европы не признавала эту территорию за Россией, все признавали её за Швецией. А там испокон веков наряду с финно-угорскими народами жили славяне, причём эта территория находилась под контролем Российского государства. То же самое и в западном направлении, это касается Нарвы, его первых походов. Чего полез туда? Возвращал и укреплял – вот что делал.

Судя по всему, на нашу долю тоже выпало возвращать и укреплять. И если мы будем исходить из того, что вот эти базовые ценности составляют основу нашего существования, мы, безусловно, преуспеем в решении задач, которые перед нами стоят.

Вы все люди грамотные, добившиеся уже определённых результатов в тех сферах деятельности, которыми вы занимаетесь, и я сразу хочу принести свои извинения, если не смогу ответить на какие-то ваши вопросы. Но, собственно говоря, мне бы хотелось, чтобы наша встреча не была вечером вопросов и ответов, я бы хотел просто ваши идеи послушать, чтобы иметь их в виду при организации Петербургского экономического форума.

На этом я «фонтан» закрываю свой, монолог длинный. Передаю слово нашей ведущей. Пожалуйста.

А.Мусевич: Владимир Владимирович, добрый день!

Меня зовут Аня Мусевич. Спасибо большое за возможность, которая у нас есть сейчас. Если Вы позволите, я сегодня буду Вам помогать вести встречу. Спасибо большое.

Тогда наберусь совсем уж смелости и попробую задать свой вопрос первая, можно?

В.Путин: Вы же начальник, Вам всё можно.

А.Мусевич: Спасибо большое.

Я министр молодёжной политики Калининградской области. Мы с коллегами-министрами из других регионов и Росмолодёжью уже год работаем над программой «Регион для молодых». Задача программы – выровнять уровень работы с молодёжью и условия для их реализации не только внутри регионов, между административными центрами и муниципалитетами, но и между регионами нашей страны. Страна у нас большая, и ситуация везде разная.

Благодаря программе мы сможем открыть и развить сеть молодёжных центров, создать новые точки притяжения, осуществить непрерывную систему сопровождения и продюсирования молодёжи, поддерживать их проекты по различным направлениям, ну и подтянуть уровень кадрового состава на местах, безусловно. В общем, сделать всё, чтобы ребята хотели и могли развиваться и реализовывать себя в своём родном городе, родном регионе, не только шли за возможностями и поддержкой в федеральные проекты.

У нас уже четыре года действует абсолютно идентичная программа развития добровольчества «Регион добрых дел». Мы с Вами видим, на каком уровне сейчас волонтёрское движение. Теперь очень хочется, чтобы аналогичная программа поддержки появилась в сфере молодёжной политики. Я очень надеюсь, что Вы поддержите нашу с коллегами идею.

В.Путин: Идея отличная. В чём нужна поддержка? Она развивается у вас, эта идея, насколько я понимаю.

А.Мусевич: Это специальная программа комплексного развития молодёжной политики. Она работать будет так, что субъекты подают свою заявку, гарантируя тем самым комплексное отношение к развитию области, и получают федеральную поддержку, естественно, с софинансированием от субъектов.

В.Путин: У нас есть такая, в принципе, идея, такая программа существует. Правда, сегодня нет решения о выделении бюджетного финансирования федерального, но идея хорошая.

А.Мусевич: Мы с коллегами уже всё проработали, просчитали за год. Очень важная программа, очень нужная. Мне кажется, что она позволит сделать прорыв для наших молодых везде.

В.Путин: Я согласен полностью. Это одно из важнейших направлений. Но надо, чтобы все эти действия не были формальными в сфере молодёжной политики, чтобы они реально способствовали решению задач, которые перед молодыми людьми стоят, помогали им развиваться. Давайте мы ещё раз к этому вернёмся, я с коллегами поговорю.

После нашей встречи у меня будет очередное совещание с Правительством вне рамок сегодняшней повестки дня, мы поговорим и на этот счёт.

А.Мусевич: Хорошо, спасибо большое.

Разрешите тогда перейдём к ребятам.

Хочу представить Вам Дмитрия Чермошенцева, ему 27 лет, он из Москвы. Дмитрий – научный сотрудник группы «Квантовая оптика» Российского квантового центра и занимается исследованиями в области квантовых вычислений.

Дмитрий, пожалуйста.

Д.Чермошенцев: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Я занимаюсь квантовыми технологиями. Это передовое технологическое направление, которое Российский квантовый центр развивает совместно с госкорпорацией «Росатом».

Квантовые технологии позволяют создавать новые уникальные устройства, такие как высокопроизводительные вычислительные машины – квантовые компьютеры, новые системы защищённых коммуникаций – квантовая криптография, и высокочувствительные измерительные детекторы – квантовые сенсоры. Безусловно, развитие таких устройств приведёт к огромному положительному эффекту не только для науки, но также для индустрии, экономики. Можно сказать, что при разработке таких устройств произойдёт некий квантовый прорыв, назовём это так.

В текущих условиях возникают новые вызовы. Хотелось бы обсудить возможность создания каких-то международных площадок совместно с дружественными странами для дискуссий на тему квантовых технологий, а также для создания более плотных и тесных коллабораций.

Также зачастую мы сталкиваемся с проблемой, что в международной науке нам не хватает своего голоса. Большие научные журналы не только публикуют научные статьи, но также доносят некую научную повестку, научную политику. Мы считаем, что нам было бы здорово создать такой «голос», для того чтобы участвовать в дискуссии. Поэтому мы создали инициативную группу, которая, базируясь на своём понимании и международном опыте, разработала концепцию международного англоязычного мультидисциплинарного научного журнала. Мы бы хотели, чтобы Вы поддержали эту инициативу для дальнейшего развития и масштабирования на территории всей страны.

Спасибо.

В.Путин: Квантовые технологии относятся к разряду сквозных так называемых, применяются везде, во всех сферах жизни, производства, науки. И чем шире, чем интенсивнее это будет происходить, тем лучше будет для всей страны, для экономики в целом.

То, что «Росатом» здесь является одним из лидеров и поддерживает свои позиции, ‒ это очень здорово, мы всячески будем помогать. У нас и программы соответствующие существуют, Вы тоже об этом знаете.

Что касается различных журналов и так далее – это так же как баллы и оценки высших учебных заведений: они очень субъективны, поэтому нам, конечно, нужно развивать на собственной базе то, о чём Вы сказали.

Но почему журнал? Давайте сделаем это на основе квантовых технологий, но в социальных сетях: в VK, во «ВКонтакте» можно сделать, где люди могли бы не только встречаться онлайн, но и публиковать свои достижения, обмениваться, читать лекции онлайн, дискуссии проводить и так далее. Давайте сделаем это по-современному. Потому что пока кто-то напишет, пока отредактируют, пока скажут, что надо подождать, есть что-то поважнее, академик должен сначала издаться… Здесь всё проще, и охват будет больше.

Д.Чермошенцев: Безусловно, создание какой-то платформы было бы, наверное, очень хорошим решением.

В.Путин: Давайте по этому пути пойдём. Я коллегам подскажу, и попробуем это сделать.

Д.Чермошенцев: Спасибо.

В.Путин: Спасибо Вам.

А.Мусевич: Предлагаю следующей слово предоставить талантливой девушке Полине Морозовой, ей 27 лет. Полина – аспирант Сколтеха, химик-материаловед, занимается разработкой калийионных аккумуляторов, представляющих собой новое поколение аккумуляторов для бесперебойного питания стационарных установок.

П.Морозова: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Мы занимаемся и исследованиями, и разработками новых технологий в Сколтехе. Я аспирант Сколтеха, как Анна представила. Наши исследования и разработки признаны не только в России, но и на международном уровне.

Наша гордость в том, что мы не делаем разработки «в стол», мы их используем. Например, мы с коллегами основали технологический стартап. Особенность таких разработок в том, что они довольно долгие, многоступенчатые и занимать могут до десяти лет.

Однако по сравнению с IT-направлением наше направление – именно технологических разработчиков – не так поддержано. А ведь мы тоже можем производить отличные технологии, которые не только востребованы на российском рынке, но и для наших международных, экспортных, так скажем, партнёров, например, Индии и Китая.

Как по-Вашему, мы можем такие договоры уже составить, предварительные, может быть, какие-то коммуникации с нашими партнёрами наладить касательно таких технологий в условиях закрытой экономики, санкций? Может быть, какая-то поддержка для российских технологических компаний?

В.Путин: Что Вы имеете в виду, когда говорите о заключении каких-то контрактов? Этого же никто не мешает делать. Что Вы имеете в виду?

П.Морозова: Нам очень сложно взаимодействовать на международном уровне.

Стартап – всегда что-то такое маленькое. Это когда есть идея, которая развивается-развивается, и получается какой-то прекрасный продукт. Например, из технологических, IT это был какой-нибудь Uber или доставка еды, которая в пандемию показала себя с очень хорошей стороны.

У нас это больше именно так называемая диптех-технология, то есть какое-то есть устройство, которое мы разрабатываем, но сложно выйти на международные площадки и произвести контакт с нашими дружественными партнёрами.

В.Путин: Понятно.

Первое, что хотел бы сказать и на что хотел бы обратить внимание. Вы употребили термин «закрытая экономика». У нас не будет закрытой экономики. У нас её не было и не будет. Если кто-то пытается нас в чём-то ограничить, то они ограничивают сами себя.

Пытаются, условно, – это к Вам не имеет отношения, но тем не менее – пытаются ограничить вывоз нашего удобрения: цены поползли у них прежде всего, больше, чем у нас. Пытаются ограничить наши энергоносители – опять цены взлетели до небес просто. Там уже моим именем называют инфляцию. А мы здесь совершенно ни при чём. (Смех.)

Серьёзно, это правда. Мы ни при чём абсолютно, это результат их ошибок, причём длительных, до всех сегодняшних событий, о которых говорят каждый год. Они сделали сами эти ошибки, а теперь – извините, девушки меня простят – пытаясь прикрывать одно место своё, всё перекладывают на Россию, что Россия во всём виновата. Мы здесь ни при чём. Это же они ввели ограничения и проводили политику в сфере той же энергетики из года в год, десятилетиями и привели к сегодняшней ситуации. А потом ещё к санкциям перешли и усугубили ситуацию по всем этим направлениям и по другим тоже.

Что касается сферы Вашей деятельности, это очень важно и очень перспективно. Хранение, передача энергии современными способами, современными методами высокотехнологичными – конечно, за этим будущее, причём и в экономике в целом, в отдельных отраслях производства, и в «оборонке». Вы батареями занимаетесь?

П.Морозова: Да.

В.Путин: Мы понимаем, о чём мы говорим. Это касается подводных лодок бесшумных и так далее. Это чрезвычайно широкий спектр применения.

Кстати, редкоземельные металлы – тоже у нас, между прочим, в основном кроме нефти и газа.

Но если нужна какая-то дополнительная поддержка, мы стараемся это делать. В Минпромторге целая программа существует поддержки несырьевого экспорта. Будем расширять эти формы поддержки.

Что касается «закрытой» [экономики], как Вы сказали, я хочу ещё раз вернуться к этому: не было у нас закрытой экономики. То есть была в советское время, когда мы сами себя вырезали, создали так называемый железный занавес – мы же создали, своими руками. А мы сейчас не собираемся этого делать, мы не будем наступать на те же самые грабли. Наша экономика будет открытой. Кто не хочет, тот сам себя будет обкрадывать. Уже обкрадывают, создают проблемы. Если дальше пойдут по этому пути, ситуация у них будет только усугубляться.

Да, мы чего-то недополучим, потому что те, кто это делает, безусловно, имеют определённые конкурентные преимущества, особенно в сфере современных технологий, это понятно. Но мир большой, многообразный. Вы сейчас сказали о Китае, об Индии. Но почему только Китай и Индия? А Латинская Америка? Да, Африка сегодня ещё, может быть, «спит», но она «просыпается», там 1,5 миллиарда человек живёт. А вся Юго-Восточная Азия? Невозможно, понимаете, такую страну, как Россия, со стороны обнести забором. А мы сами не собираемся такой забор вокруг себя возводить.

Но помогать таким стартапам, как Ваш, безусловно, нужно, для того чтобы выходить на мировые рынки. Мы будем это делать, тем более что у нас с этими странами активно развиваются торгово-экономические связи.

У нас с Китаем, по-моему, уже 140 миллиардов долларов оборот. В прошлом году товарооборот вырос, по-моему, на 34 процента, а с Индией – на 87. Вы понимаете? У нас знаете на сколько с Турцией товарооборот вырос за первое полугодие? На 230 процентов, в 2,3 раза. Ясно, почему, но тем не менее. Там есть свои проблемы – высокая инфляция и так далее, но и развитие своё есть, и свои преимущества есть, в том числе у этой страны. Если мы будем друг с другом работать, а мы хотим, то будем получать только плюсы. В рамках БРИКС [также].

Вообще, это же две трети населения планеты [проживает] в тех регионах, которые я перечислил. Да, некоторые по отдельным направлениям делают только первые шаги, но они делаются и будут делаться дальше. Темпы экономического роста в этих странах, в Азии, – где-то пять процентов, в Соединённых Штатах – 1,7, в еврозоне – один процент за последние десять лет.

У нас тоже есть свои проблемы, и мы знаем о них, но мы будем двигаться, и мы не будем прятаться за каким-то забором.

Но помогать таким, как вы, нужно, и мы будем это делать. Обязательно поговорю об этом ещё и с Правительством, и с соответствующими структурами, которые у нас занимаются поддержкой экспорта. Нужно эту линейку поддержки расширять. Будем делать обязательно.

П.Морозова: Спасибо.

А.Мусевич: Хочется представить специалиста медицинской сферы. Молодой человек, Николай Мышьяков, из Тюмени, ему 22 года, он студент лечебного факультета Тюменского государственного медицинского университета. Николай со своей командой успешно реализует проект по разработке устройства для автоматического забора крови и хранения биоматериала с возможностью поддержания чистоты в рабочей зоне.

Николай, пожалуйста.

В.Путин: Автоматического забора крови?

Н.Мышьяков: Да.

В.Путин: Кто так делает? Не хочется к ночи никого пугать, но вампиры так делают: тук – и всё.

Н.Мышьяков: Собственно, об этом у меня есть пара предложений. Они касаются устройств для роботассистированной хирургии и использования искусственного интеллекта в медицине.

Дело в том, что сейчас в законодательстве нет такого понятия, как «медицинский робот», и это очень осложняет регистрацию медицинских изделий подобного класса: как зарубежных, так и, что, пожалуй, более важно, разработку таких устройств в России.

Ещё хуже обстоят дела, когда речь идёт о системах, которые сами принимают решения, как раз автоматизированные, как наш стартап AutoHem, которые должны проводить процедуру без решений от медицинского персонала, самостоятельно.

Собственно, у меня есть несколько предложений, касающихся правового статуса подобных устройств.

В.Путин: Вы у меня прямо с языка сняли. Серьёзно, правда.

Смотрите, когда автомобиль едет без водителя – тоже ещё нет окончательных, выверенных правовых решений: если, не дай бог, что-то случится, с кого спросить? А здесь тем более: когда операция и робот что-то сделал не так, с кого спросить?

Н.Мышьяков: Абсолютно согласен. Первый момент, что здесь действительно…

В.Путин: У нас, правда, если делают нормальным образом, тоже не с кого спросить будет. (Смех.)

Н.Мышьяков: И поскольку существует подобная автономная система и с беспилотным транспортом, Вы абсолютно правильно привели пример, то есть беспилотный транспорт у нас развивается, он имеет правовую способность развиваться, при этом медицинские стартапы в подобном направлении сейчас такой возможности не имеют.

Собственно, что я хотел предложить?

Первое – ввести термин «медицинский робот» в законодательство, в перечень Росздравнадзора, который занимается регистрацией медицинских изделий.

Второе – выделить отдельно там «устройство для роботассистированной хирургии», распределить эти устройства по степени их автономности как раз таки для того, чтобы можно было подготовить правовую базу для возможности подобных устройств принимать медицинские решения без медицинского персонала, то есть, возможно, даже ставить диагноз или проводить какие-то минимальные инвазивные процедуры, как в нашем случае, например, забор венозной крови.

Что также, я считаю, было бы неплохо сделать – разработать отдельный трек для апробации использования подобных устройств. Это можно сделать в рамках Федерального закона № 258, который сейчас существует. Он регламентирует «регуляторные песочницы», то есть возможность для продуктов, которые сейчас не имеют отдельной законодательной базы, специально под них её разработать. Собственно, если бы там был отдельный трек и готовность ведомств принимать стартапы, которые занимаются подобными автономными системами, это было бы просто прекрасно.

Спасибо.

В.Путин: Очень, честно говоря, интересно, для меня неожиданно абсолютно. Я этого, откровенно говоря, никогда не слышал. Только знаю, что, безусловно, нужно заниматься техникой, приборной базой, совершенствовать всё это. Это очевидная вещь, этим Правительство и занимается.

Насколько сейчас промышленность, медицинская система готовы к тому, чтобы реализовывать то, о чём Вы сказали, я не готов ответить, но, безусловно, с Министром Мурашко обязательно поговорю на этот счёт. Михаил Альбертович – человек современный, он и практик хороший.

Если Вы это говорите, значит, это реально уже существует, да?

Н.Мышьяков: Мы готовим. Мы сами готовим, и очень много стартапов готовят.

В.Путин: Значит, вопрос только в том, чтобы регуляторику менять, законодательную базу менять.

Хочу воспользоваться Вашим предложением и сказать вот что: ответом на все ограничения, о которых мы уже говорили, с нашей стороны может и должно быть безусловное разбюрокрачивание принятия решений, особенно в сфере медицины, в сфере лекарственных препаратов, фармацевтики да и медицинской техники.

Конечно, здесь исходить нужно только из известного главного принципа – «не навреди». И во всём, что связано со здоровьем людей, с безопасностью людей, прежде чем принять решение, конечно, нужно сто раз отмерить, только потом отрезать, как говорится. Но, безусловно, по этому пути надо идти, надо разбюрокрачивать принятие решений. Это касается и различных сертификаций, и прочих административных процедур. Поэтому обязательно с Министром переговорю, обещаю Вам.

Н.Мышьяков: Большое спасибо.

В.Путин: Это очень интересно.

А как Вы собираетесь автоматически кровь забирать?

Н.Мышьяков: Можете посмотреть в интернете наш стартап, такая самореклама.

Наш стартап называется AutoHem. Auto – автоматический, hem – кровь. Можете найти, мы участвовали в декабре в конкурсе от «Сколково». Если Вы загуглите, то найдётся наша презентация.

В.Путин: Это секрет?

Н.Мышьяков: Нет.

В.Путин: Ну так скажите. Я думаю, что всем интересно. Как можно кровь автоматически брать?

У меня традиционно берут: пришёл – «поработайте кулачком» – поработали – «всё, можно разжать» – бам! – «не бойтесь, не больно».

Н.Мышьяков: Вообще, по задумке этот аппарат должен выглядеть по размерам, грубо говоря, как банкомат. Вы точно так же садитесь, кладёте туда руку. Там установлены всевозможные сенсоры, для того чтобы корректно найти вену. Не у всех они хорошо ищутся, а наш аппарат эту задачу решает. Кровь собирается в пробирки, то есть манипулятор прокалывает вену точно так же, как и медсестра, просто вену эту видит лучше, собирает кровь в пробирки.

Тут ещё один момент: медицинский персонал не всегда хорошо помнит, какую пробирку [использовать] под какой анализ, то есть преаналитический этап. Здесь наш аппарат также помогает увеличить качество.

В.Путин: Как не помнит? Только если спиртом неправильно пользуется, тогда не помнит.

Н.Мышьяков: Нет-нет. Существует 12 видов пробирок под разные анализы. Важно [использовать] определённую пробирку под определённый анализ, важна даже последовательность взятия этих пробирок. Если взять 10 медсестёр и показать им, как одна – одиннадцатая – забирает кровь, то три-четыре точно скажут, что нет, она неправильно сделала. Потом можно поменять, и три-четыре снова скажут: нет, неправильно.

В.Путин: Обязательно с Мурашко переговорю, обещаю.

Н.Мышьяков: Большое спасибо.

В.Путин: Но, с другой стороны, хорошая медсестра кровь берёт, даже если неправильно, доброе слово скажет, как-то успокоит. А здесь пришёл – автомат.

Н.Мышьяков: А это задача для искусственного интеллекта.

В.Путин: Согласен. Спасибо.

Н.Мышьяков: Спасибо.

А.Мусевич: Следующий наш участник встречи приехал из Ивановской области. Юрий Шилов, кандидат экономических наук, предприниматель с 15-летним стажем в текстильном производстве. Сейчас руководит предприятием, которое входит в топ-50 компаний, производящих спецодежду и средства индивидуальной защиты.

Ю.Шилов: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Я ещё и член генерального совета «Деловой России».

У меня один вопрос и одно предложение.

В России недостаточно производится синтетического сырья и вспомогательных материалов для лёгкой промышленности. В то же время, например, компания «Роснефть» закупает часть своей продукции в Китае на аккредитованных фабриках. Российские предприятия могли бы это поставлять уже самостоятельно.

Например, для иностранных маркетплейсов – «Алиэкспресс» и других – созданы благоприятные условия: соответственно, те же самые меньшие пошлины, созданы бондовые склады. Это мешает нашим малым предприятиям, российским брендам конкурировать с ними.

Моё предложение – хирургии в этом направлении делается уже достаточно многое, но оно работает не до конца корректно: ещё раз посмотреть на пошлины и в то же время посмотреть на льготы, которые для иностранных…

В.Путин: Пошлины на что?

Ю.Шилов: Пошлины на сырьё. Есть определённые типы сырья, которые сейчас подпадают под пошлины, и мы закупаем готовую продукцию.

В.Путин: Сырьё, которое вы завозите, да?

Ю.Шилов: Сырьё, которое завозим, подпадает под пошлины. В итоге готовая продукция стоит дороже.

В.Путин: Что это за сырьё?

Ю.Шилов: Например, те же арамиды. «Роснефть» закупает 30 процентов арамидной продукции напрямую на аккредитованных фабриках в Китае, а её могли бы производить российские предприятия и поставлять уже готовые изделия в ту же самую «Роснефть».

В.Путин: Вы могли бы сами производить это сырьё?

Ю.Шилов: В России есть предприятия, которые, используя определённое сырьё, могут производить готовые изделия и поставлять в «Роснефть». Но сейчас они покупают в Китае.

В.Путин: Я понимаю. Ваше предложение заключается в том, чтобы понизить пошлины на это сырьё и дать вам возможность производить более дешёвую продукцию?

Ю.Шилов: Да. Чтобы готовые изделия поставлялись напрямую на наши предприятия.

В.Путин: А стоимость рабочей силы у нас примерно сравнялась уже с китайцами?

Ю.Шилов У нас в принципе и автоматизация, и всё остальное работает. То есть тут просто играют роль эти пошлины.

В.Путин: Смотрите, у нас наверняка ведётся запись беседы. Я ничего не записываю, но запись беседы точно ведётся. Я Вас поддерживаю, считаю, что так и надо сделать, и обязательно поговорю с Правительством на этот счёт.

Ю.Шилов: Ещё вопрос, касающийся льгот как раз для иностранных маркетплейсов. Они очень сильно сейчас конкурируют с нашими молодыми предприятиями, российскими брендами. Здесь как раз большая конкуренция идёт, а сейчас многие пользуются. Много российских брендов, которые создаются, могли бы занять место уходящих компаний.

В.Путин: И что надо сделать?

Ю.Шилов: Надо посмотреть на эти льготы, особенно те, которые конкурируют с нашими предприятиями.

В.Путин: Льготы для?..

Ю.Шилов: …Для иностранных компаний, которые позволили хотя бы на равных условиях конкурировать на нашем российском рынке.

В.Путин: Конечно, согласен полностью. Кстати, это не шутки, мы всё время об этом с Правительством говорим. Но палитра всяких вопросов огромная, поэтому что-то, может, и упущено Правительством. Хорошо, что обратили на это внимание. Конечно, у нас не должно быть таких льгот для наших партнёров, которые подрывают собственное производство. Полностью с Вами согласен.

Ю.Шилов: И вопрос у меня, который часто слышу от молодых предпринимателей: какие три качества лидера Вы считаете ключевыми?

В.Путин: Три качества… Это касается всех сфер деятельности и всех сфер жизни, и науки, и чего угодно, даже образования, политики.

Первое – человек должен быть фанатом своего дела. Я знаю, что многим это не понравится, наверное, но всё-таки, скажем, в науке всем хорошо известна супружеская пара Кюри, которая жертвовала всем: здоровьем, жизнью – ради достижения результата, которому они посвятили свою жизнь. Даже в педагогике известные наши педагоги ещё 30-х годов всю свою жизнь посвятили детям и добивались выдающихся результатов. В нашей недавней истории атомные проекты, ракетные… Королёв, Курчатов – они же всю жизнь этому отдали, жили только этим, по сути.

Это не значит, что человек должен совсем уж жить в коробке какой-то. Он должен быть разносторонним, это понятно. Но всё-таки в известной степени должен быть фанатом того дела, которому посвятил свою жизнь, – это первое.

Второе – нужно проявлять гибкость, уметь здраво и объективно оценивать результаты своей работы и с уважением относиться к людям, с которыми он вместе решает задачи, которым посвятил свою жизнь. Критично, но с уважением – и тогда он мобилизует работу команды. А умение работать в команде – тем более он возглавляет команду – является одним из ключевых элементов успеха. Примерно так.

Ю.Шилов: Спасибо большое.

А.Мусевич: Хочется представить Вам Красавину Анну. Анна в свои 26 лет является научным сотрудником Всероссийского научно-исследовательского института автоматики имени Духова. Специализируется на разработке аналоговых систем передачи данных на большие расстояния по оптоволоконным системам.

Пожалуйста, Анна.

А.Красавина: Добрый день!

Мой институт разрабатывает большой спектр аппаратуры. Это и автоматизированные системы управления для атомных электростанций, и геофизические датчики, и аппаратура для специспытаний. Собственно, моя аппаратура предназначена для измерений на Новой Земле.

Меня как разработчика очень беспокоит наша микроэлектроника.

В.Путин: Меня тоже. Честно.

А.Красавина: В этой отрасли, так как она связана с производством и процессами буквально на атомном уровне в наше время, чтобы развиваться, чтобы производить больше качественной продукции, надо вообще увеличивать мощности, потому что нам надо просто произвести очень много микросхем, чтобы из них получилось сколько-то хороших. Чем больше мы производим, тем лучше у нас будет получаться.

Чтобы дать нашим отечественным производителям возможность больше производить и увеличить нашу, скажем так, потребность, спрос на их продукцию, у меня есть три небольших предложения.

Первое. Мы разрабатываем технику по военным ГОСТам. И мне кажется, из военных ГОСТов на разработку военной техники можно в федеральный закон о закупках позаимствовать приоритет отечественных комплектующих над импортом, закрепить это законодательно. То есть чтобы мы импортные комплектующие, особенно микроэлектронные, покупали при отсутствии отечественных аналогов, потому что, мне кажется, многие при разработке даже не ищут, есть ли что-то у нас отечественное. Иногда даже бывает – разработали с импортом, а потом внезапно оказалось, что есть отечественное, и не хуже.

В.Путин: Ищут-ищут.

А.Красавина: Не все. Я как разработчик это иногда видела.

Кроме того, для тех, кто уже производит конечный продукт, например, в оборонной отрасли, мы развиваем не только оборонную продукцию, но и гражданскую. Например, мой институт умеет изготавливать и имеет широкий опыт в изготовлении аппаратурных комплексов сбора данных с большого количества датчиков, разнесенных на большом расстоянии. Все это делалось на отечественных комплектующих, в том числе и в арктическом исполнении, что может быть интересно нашим недропользователям, но они уже привыкли к импорту, потому что он такой блестящий, красивый. Тем не менее мы можем поставить такие комплексы в десять раз дешевле, и они будут не хуже, а по рядку параметров даже лучше.

Еще один момент. Чтобы продвигать наши разработки вперед, ведутся различные НИРы (научно-исследовательские работы). И из-за того, что мы закупаем это все-таки по федеральному закону о закупках, по еще более жесткому стандарту закупок «Росатома», некоторые поисковые работы, которые ведутся даже за счет собственных средств, за счет собственной прибыли предприятий, все равно идут очень долго. Мы можем пять лет идти от идеи до каких-то первых прототипов, это очень тормозит.

Может быть, для таких поисковых работ собственную прибыль предприятий, которую получили уже на серийную продукцию, упростить некоторые процедуры закупки для таких экспериментальных работ?

В.Путин: У вас продукция на каком параметре нанометров основана?

А.Красавина: 1310 в основном.

В.Путин: Мы проработаем эти предложения.

А.Красавина: Спасибо.

В.Путин: У нас Правительство на протяжении нескольких лет пытается запустить, воссоздать и на новой базе создать микроэлектронную промышленность в России. Это одна из сложных тем, тяжелых, и одно из главных направлений удара по России из всего набора этих ограничительных мер.

Собственно говоря, так было всегда, еще с петровских времен. Корабли, допустим, которые он строил, – способы строительства и так далее были засекречены в значительной степени в то время, а Петр туда поехал и сам там, работая плотником, все это добывал. Это продолжалось на протяжении всей нашей истории на самом деле. Отсюда «кокомовские списки» в советское время и так далее, и все продолжалось, даже в самые лучшие годы нашего взаимодействия с западными так называемыми партнерами, ограничения же сохранялись. А сейчас их просто усилили, и это одно из главных направлений удара. А мы, Вы правы абсолютно, мы решили, что можно продавать нефть и газ и все благополучно закупать задешево, и финансировали, по сути дела, за счет наших дешевых энергоресурсов их работу. Это широко, конечно, очень сказано, общо, но, тем не менее, по большому счету, это так. Поэтому благодаря этим ограничениям, мы вынуждены, должны, слава богу, заниматься своими инженерными школами, и в том числе по этому направлению.

Все, что Вы сказали, тоже обязательно возьму из записи нашей сегодняшней беседы, и поговорим на этот счет с Председателем Правительства, потому что он по моей просьбе лично занимается этим вопросом.

А.Красавина: Спасибо.

А.Мусевич: Разрешите предоставить слово Аркадию Дидковскому. Он приехал в Москву из Мурманской области. Ему всего 24 года, а он уже начальник отдела по работе с талантливой молодежью Московского государственного технического университета имени Баумана.

Пожалуйста.

В.Путин: Карьерист. (Смех.)

А.Дидковский: Совсем не так.

В.Путин: В хорошем смысле этого слова.

А.Дидковский: Я из маленького северного города Кировска. Горы, полярное сияние, снег. Там в клубе юного техника в детстве появилась моя мечта – создать аппарат, поднимающий из ущелья концертный зал над облаками, под звезды, так, чтобы там звучали кульминации лучших концертов и симфоний.

В.Путин: Такие люди и должны работать с молодежью, это правильно.

А.Дидковский: Сейчас я занимаюсь центром научно-технического творчества Бауманки, разрабатываю совместно с Фондом перспективных исследований аэростатический летательный аппарат и немного играю на фортепиано.

У меня два вопроса: один – общий, другой – конкретный.

Первый. Десятилетие науки и техники. Я прочитал документы, постановления – там очень много цифр. Наверное, так и должно быть. Подскажите, какой должна быть технологическая Россия через десять лет? Проекты типа «Энергия – Буран», своя микроэлектроника, авиастроение? Это первый вопрос.

И второй вопрос: что Вы думаете о моей мечте? Ее возможно исполнить в России? Россия готова к таким проектам?

Спасибо.

В.Путин: Чем невероятнее проект, тем больше шансов, что мы будем двигаться вперед. Есть всякие мужские шуточки на этот счет. Но даже если это невозможно, стремиться к этому надо. Вот он знает. (Смех.)

Поэтому то, что у Вас такая невероятная мечта, идея, – мне кажется, что если думать, как Циолковский, что мы полетим к звездам, то мы полетим. И мы полетели первыми в истории человечества. Поэтому такие на первый взгляд невероятные, сумасшедшие идеи двигают развитие, мир двигают вперед.

Что касается того, к чему мы должны стремиться в области науки, технологий. Есть вещи, которые вроде бы сложные, их можно до следующего утра рассказывать. Но если посмотреть на задачи, то какие задачи у нас?

Демография – это первая задача. У нас должно быть больше людей, и они должны быть здоровые. Здесь целый набор вопросов: развитие медицины, медицинской техники, фармацевтика, современные лекарственные препараты, которые будут работать эффективно против тех болезней, которые уже «привыкли» к антибиотикам, и так далее. Здесь сквозные технологии, квантовые и в области больших данных.

Кстати говоря, несмотря на то, что нас все время пытаются как-то щипануть и оскорбить, что мы страна-бензоколонка, а с точки зрения обработки больших данных мы так же, как в области балета, многих обогнали.

Да, есть вещи, которые, безусловно, уже сегодня являются тем, чем мы можем гордиться. Поэтому все, что связано со здоровьем и жизнью людей – медицина, экология и так далее, сквозные технологии, это та же самая обработка больших данных, квантовые технологии – нам нужно стремиться к тому, чтобы мы приобретали новые компетенции, в том числе создавали на новой базе современные инженерные центры, и были бы лидерами по всем этим направлениям.

Есть у нас шансы? Конечно, есть. У нас есть традиция образования, чего во многих странах нет. У нас есть замечательные научные школы, в том числе математические. Это [лежит] в основе всех современных технологий. Во всех этих направлениях есть проблемы и вопросы, которые нужно решать. Но у нас есть возможности это сделать, и если мы будем идти по этому пути, то успех обеспечен.

А.Дидковский: То есть лучше будем жить через десять лет?

В.Путин: Да, это, в конце концов, должно привести к повышению качества жизни, совершенно верно.

А.Дидковский: Спасибо.

 

Источник: Администрация Президента России

Назад к списку


Добавить комментарий
Прежде чем добавлять комментарий, ознакомьтесь с правилами публикации
Имя:*
E-mail:
Должность:
Организация:
Комментарий:*
Введите код, который видите на картинке:*