Встреча Дмитрия Медведева с представителями общественных организаций инвалидов

04.12.2014 87
Стенограмма:


Д.Медведев: Уважаемые коллеги, мы с вами в таком составе встречаемся не первый раз, но сегодня день особенный, он объявлен Международным днём инвалидов. И цель его тоже понятна – это защита всех людей с ограничениями по здоровью, защита их права на нормальную, активную жизнь, и эта защита должна быть общей целью и государства, и организаций, которые вы представляете, и вообще всего гражданского общества.

Сегодня я хотел бы предложить обсудить с вами реализацию новых законов, которые были приняты в связи с ратификацией Конвенции о правах инвалидов, услышать предложения, как лучше организовать эту работу, узнать, с какими проблемами вы здесь сталкиваетесь. Они известны, конечно, но тем не менее всегда есть нюансы.

Мы с вами давно и системно занимаемся многими проблемами. Бóльшая часть работы идёт в рамках государственной программы «Доступная среда». В неё, кстати, уже включились и Крым, и Севастополь, и это хорошо, потому что, скажем откровенно, если сравнивать ситуацию у нас и там, то там отсталость лет на 15.

Основная задача – ликвидировать административные и технические барьеры, чтобы люди с ограничениями по здоровью учились, имели интересную работу, по возможности, и посещали различного рода мероприятия в сфере культуры – театры, кинозалы, для кого это доступно, выставки, занимались спортом.

И, конечно, мы будем поддерживать общественные организации инвалидов, в том числе и субсидиями из федерального бюджета (говорю это ответственно), даже несмотря на очень тяжёлую финансовую ситуацию, тем более что ваш вклад в помощь людям, которые в ней нуждаются, переоценить очень трудно. Многие организации занимаются этим на протяжении десятилетий. Скажем, Всероссийское общество слепых весной следующего года  отметит своё 90-летие.

Присоединившись к Конвенции о правах инвалидов, мы приняли на себя, конечно, серьёзные обязательства не только по приведению своего законодательства в соответствие с её нормами, но прежде всего, что ещё сложнее, по дальнейшей имплементации этого законодательства и просто по реальному исполнению этого законодательства.

В период подготовки к ратификации конвенции было принято 10 федеральных законов. Они касаются и соблюдения прав инвалидов в образовании, квотирования рабочих мест и трудоустройства, социального обслуживания и реабилитации, более полной реализации инвалидами своих избирательных прав. И не только избирательных прав, но и общих прав, в частности, например, доступности воздушного транспорта. Мы знаем, какое количество было случаев, когда авиакомпании просто отказывались брать на борт людей в инвалидных колясках, объясняя это невозможностью обеспечить их безопасность в полёте. Это, безусловно, грубое нарушение прав людей с такого рода ограничениями по здоровью, и это должно быть исправлено, в том числе и на законодательном уровне.

Многие, наверное, слышали: довольно сложно проходили поправки в Воздушный кодекс. Хочу сегодня поблагодарить всех, кто участвовал в этом процессе. А соответствующие ведомства я просил бы ускорить принятие подзаконных актов, это очень важно для миллионов людей, тем более что у нас очень часто для начала нормальной работы требуется инструкция, а не сама норма закона. В общем, ещё есть чем заниматься. Мы с вами понимаем, как важно, чтобы законы были и взаимоувязаны друг с другом.

На днях был подписан специальный закон, который содержит целый ряд важных новелл и устанавливает принципы оказания помощи инвалидам во всех основных сферах жизни, вносит изменения в 25 законодательных актов – это и социальная защита инвалидов, и здравоохранение, и культура, и связь, и транспорт, и жильё, и доступ к правосудию. Знаю, что вы тоже принимали участие в подготовке и обсуждении этого закона с учётом международного опыта, теперь важно обеспечить, чтобы он правильно исполнялся.

Закон достаточно чётко регламентирует обязанности и полномочия органов госвласти по созданию доступной среды, вводит переходный период, в течение которого предстоит сделать многое для её создания. И, кроме того, содержит требования к собственникам объектов и операторам услуг – что опять же очень важно, потому что иногда здесь нет понимания, – которые, собственно, и должны заниматься ликвидацией самих барьеров.

Хотел бы подчеркнуть: эта норма закона, безусловно, обязательна к исполнению, вообще как любая норма. По сути, это императивное правило, а значит, ответственность чиновников, всех должностных лиц за соблюдение прав инвалидов должна быть серьёзно повышена.

Закон также впервые определяет условия доступности для конкретных групп инвалидов в зависимости от нарушений здоровья. Речь идёт о ситуации на вокзалах, в социальных учреждениях, чтобы были установлены специализированные приспособления, знаки, голосовые сообщения, ориентированные на инвалидов по зрению и другие сообщения, которые удобны для тех или иных категорий лиц. Всё это, надеюсь, поможет передвигаться проще, пользоваться транспортом в более облегчённом порядке, посещать врачей, получать справки и многие другие услуги. Хотя, если говорить о справках, нам нужно сделать всё, чтобы за этими справками вообще никуда не ездили ни обычные люди с обычным, так сказать, состоянием здоровья, ни люди с ограничениями по здоровью. Все эти справки по-хорошему должны выдаваться в удалённом доступе.

Нужно будет создать подзаконную базу и принять план и комплекс мер по его реализации. Очевидно, что с конвенцией должно коррелироваться не только федеральное, но и региональное законодательство, потому что все мы живём в том или ином регионе, и, конечно, нужно подумать о том, как эту координацию наладить. Всегда есть какие-то сюрпризы, и мы сами с вами понимаем, ситуация в отдельных регионах просто разная. Где-то больше уделяют этому внимание, где-то опыт имеют. Поэтому региональное направление тоже является весьма и весьма важным. И, конечно, я думаю, что мы продолжим такого рода контакты, для того чтобы осуществлять действенный мониторинг и контроль реализации конвенции, соответствующих федеральных законов и подзаконных актов.

Вот, что мне хотелось бы сказать вначале. Я знаю, что у вас есть и вопросы, и предложения. Давайте так сделаем: ещё пару тем обсудим в присутствии средств массовой информации, а потом, чтобы разговор был более доверительным, отпустим СМИ и поговорим по другим вопросам тоже.

Пожалуйста. Кому угодно взять слово? Кто хотел бы начать? Пожалуйста, прошу вас.


А.Ломакин-Румянцев
(председатель Общероссийской общественной организации «Всероссийское общество инвалидов»): Спасибо.

Дмитрий Анатольевич, Вы уже упомянули в своём выступлении о том, что буквально два дня назад подписан закон о внедрении норм конвенции в российское законодательство. Это действительно очень важный закон, там действительно много новаций. Но, на мой взгляд, там есть и революционные вещи, которые позволят в максимально возможной степени объективизировать работу медико-социальных экспертных комиссий, а Вы неоднократно этим вопросом занимались.

Очень важно, чтобы люди чувствовали и понимали, главное, все процедуры. К сожалению, закон… Ну не к сожалению, нам, естественно, хотелось бы раньше, но он вступает в силу только в 2016 году. Мне кажется, что там есть две позиции, которые, наверное, стоило бы начать реализовывать до 2016 года. Во-первых, закон впервые, наверное, говорит о том, что проблемы инвалидов – это не проблемы Минтруда. Это очень важно для нас, что теперь государство понимает, что это проблема всего общества. Поэтому, чтобы эту норму реализовать, может быть, стоит рассмотреть вопрос о внесении изменений в положение о ведомствах, причём не только тех, которые здесь присутствуют, –  чтобы каждое ведомство по своей линии в принципе занималось этой проблемой. Это очень важно, потому что тогда в ведомствах будут люди, которые будут знать эти проблемы, тогда можно будет легче вырабатывать решения.

Второй момент касается, пожалуй, самой больной и для людей, и в первую очередь для государства проблемы – это проблема статистики по делам инвалидов. Вот тот закон, о котором Вы говорили (я хотел сказать, что Правительство действительно готовило его совместно с организациями инвалидов, и спасибо Правительству за эту работу), впервые определяет, что будет создан государственный федеральный реестр по проблемам инвалидов. Мы будем не просто по какому-то случаю считать, сколько же у нас, извините, инвалидов с одной рукой, для того чтобы предпринять какие-то действия, а мы будем это знать. Это даст возможность государству прогнозировать свои действия, реально всё рассчитывать, при принятии решения не упускать какие-то нюансы. И мне кажется, что можно было бы, не дожидаясь создания федерального реестра, Росстату и ведомству начинать работу по совершенствованию статистики. Вы говорили о доступной среде. Очень важно вести мониторинг (это опять же вопросы статистики) того, как это исполняется, какие показатели будут, чтобы мы действительно могли оценивать. Вот два момента, на которые мне хотелось бы обратить Ваше внимание.

Спасибо.


Д.Медведев: Спасибо, Александр Вадимович.

Что могу сказать? Если говорить коротко, я думаю, что в целом вы правы. Во-первых, в части того, что должны быть ответственные лица в каждом ведомстве, а не только в Министерстве труда, потому что все мы понимаем, насколько глубоки эти проблемы, и всё время тыкать в министерство и говорить: «Они за вас отвечают, туда и стучитесь»… Хотя у нас это любят делать. Я дам поручения, чтобы прямо министры определили заместителей министров, которые будут отвечать за реализацию самой Конвенции по правам инвалидов. Ничего в этом плохого не вижу. Все присутствующие здесь министры уже могут считать, что такое поручение получили.

Что касается статистики. Статистика, как мы знаем, штука сложная, не буду иначе говорить, и то, что она требует совершенствования... Чтобы действующая система статистических показателей действительно была направлена на оценку и выполнение норм конвенции, нужно будет предпринять определённые усилия, чтобы действительно было понятно, сколько людей, какой категории, какие основные проблемы. Тоже такое поручение я обязательно дам, хотя эта тема потребует, конечно, обсуждения.

Договорились?


А.Ломакин-Румянцев: Хорошо.


Д.Медведев: Пожалуйста.


О.Смолин
(Вице-президент Общероссийской общественной организации инвалидов «Всероссийское ордена Трудового Красного Знамени общество слепых»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич, я хочу напомнить, что сегодня не только Международный день инвалида, но ещё и День юриста. Мы хотим от души Вас поздравить с этим праздником…

Д.Медведев: Спасибо.


О.Смолин: …и пожелать, чтобы юристы активно сотрудничали с общественными организациями инвалидов. Тогда, я думаю, мы очень сильно приблизим нашу страну к осуществлению идеалов правового государства.


Д.Медведев: Тем более что среди юристов тоже есть люди с ограничениями по здоровью.


О.Смолин: Да. Я знаю, что сегодня Вы поздравляете юристов, и я думаю, что все коллеги присоединятся к этому поздравлению.


Д.Медведев: Спасибо.


О.Смолин: Теперь, если можно, два слова. Во-первых, мы благодарим Правительство за несколько важных шагов вперёд, которые сделаны за последний год. Шаг первый – это, конечно, продление программы «Доступная среда», мы очень рады, что Председателем Правительства, Правительством принято такое решение. Мы понимаем, что даже ещё за пять лет вряд ли мы сможем реализовать все необходимые составляющие программы «Доступная среда», поэтому надеемся, что она будет продлена и дальше. Всегда хочется большего.

Второе – благодарны за большой закон, только что подписанный, который, мы надеемся, будет реализован, мы всячески будем этому способствовать.

И третье. Правительство, особенно Министерство труда, Министерство финансов, Роспечать благодарим за те некоторые изменения в бюджет, которых удалось достичь между первым и вторым чтениями и которые, в общем, тоже содержат в себе идеи социальной защиты инвалидов, в том числе по увеличению субсидий на компенсации утрачиваемых налоговых льгот.

Мы также поддерживаем проект протокола, который сегодня нам раздали.

Если можно, в пределах короткого регламента – три темы, которые, как нам кажется можно было бы решить.


Д.Медведев: Пожалуйста, Олег Николаевич.


О.Смолин: Позиция первая. Недавно была коллегия Министерства образования и науки по проблемам, связанным с образованием людей с ограниченными возможностями здоровья, но коллегия констатировала, что за последнее время закрыто около 280 специальных коррекционных образовательных учреждений. При этом позиция Министерства образования и науки представляется нам правильной, мы её поддерживаем: она говорит о том, что нужно сочетать развитие и коррекционного, и инклюзивного образования в стране, причём коррекционные учебные заведения могли бы стать ресурсными центрами для развития инклюзивного образования. Но хочу обратить внимание: до недавнего времени наибольшее количество обращений, которые я получал, были обращения от родителей, которые хотят учить своих детей в обычных школах, а им не позволяют. Теперь большинство обращений противоположны – родители хотят учить своих детей в коррекционных школах, а им не позволяют, или коррекционные школы сокращаются. Мы просим поддержать законопроект, который мы готовим, о праве выбора родителями с учётом заключения психолого-медико-педагогических комиссий учебных заведений и воспитательных учреждений, где им обучать и воспитывать своих детей. Это первое. К сожалению, письма в Министерство образования и науки, которое было в 2013 году, правильного абсолютно, на наш взгляд, оказалось недостаточно, чтобы этот процесс отрегулировать.

Вторая тема достаточно частная. Мы поддержали марракешские соглашения, они предусматривают, что доступ к книгам в специальных форматах должен быть обеспечен не только инвалидам по зрению, для которых это предполагается по индивидуальным программам реабилитации, но и так называемым инвалидам по чтению. Я имею в виду инвалидов с тяжёлыми нарушениями движения рук, скажем, тяжёлая форма ДЦП, без рук и так далее, и так далее. Всероссийское общество слепых (у меня есть письмо, если можно, я его передам) предлагает создать прокатный фонд флеш-плееров, аппаратов специальных форматов в библиотеках слепых и в центральных библиотеках в других регионах, где не существует соответствующих библиотек слепых. Я понимаю, что, может быть, в следующем году не получится или, может быть, получится только при внесении изменений в бюджет. Цена вопроса – порядка 50 млн рублей.

И третья позиция. Уважаемый Дмитрий Анатольевич, она уже касается не инвалидов по зрению, но она касается пенсий по потере кормильца. Я думаю, что Андрей Геннадьевич Чепурной об этом может сказать более профессионально, но суть проблемы в том, что если семья потеряла кормильца на производстве, то она получает пенсию в полном объёме, а если семья потеряла кормильца в период исполнения военной службы, она получает пенсию за вычетом доли самого этого погибшего. Вот мне трудно даже комментировать с моральной точки зрения подобное законодательство. Нам кажется, что его нужно исправлять, и если Правительство поддержит эту позицию, мы были бы очень благодарны. Большое спасибо ещё раз.


Д.Медведев: Спасибо, Олег Николаевич. Я тоже сразу откомментирую. Во-первых, надеюсь, что действительно работа будет продолжена – и с юристами, и с неюристами. Что же касается темы, о которой вы сказали, насколько я понимаю, речь идёт о возможности выбора самими родителями между коррекционной школой и школами, где проходит инклюзивное образование. Так? Вот на общем уровне понимания (я с министром, правда, не разговаривал), мне кажется, что это абсолютно правильный подход. А почему мы должны что-то навязывать, говорить, идите только в обычную школу. А если ребёнку тяжело? Если ему там трудно по разным, в том числе и психологическим, соображениям. Я не знаю…


Д.Ливанов: Мы, естественно, поддерживаем эту позицию и, как Олег Николаевич сказал, в 2013 году соответствующее письмо в регионы направляли, но действительно, возможно здесь требуется урегулирование на уровне закона.


Д.Медведев: То есть это перегибы на местах, что называется. Ну, давайте сделаем это, конечно.

Теперь по поводу библиотеки в рамках вот этих марракешских решений. Я тоже считаю, что это, конечно, была бы очень хорошая идея, но она, естественно, упирается уже в деньги. Надо просто прикинуть, посмотреть, но очевидно, что современные средства здесь тоже должны использоваться, и если такой прокатный фонд можно было бы создать, мне кажется, это было бы хорошо. Надо просто прикинуть по деньгам.

Последнее – по поводу пенсии по потере кормильца и разнице в порядке её расчёта. Тоже звучит странно, может быть, здесь есть какой-то специальный смысл, я не знаю. Максим Анатольевич, как это вообще обычно объясняют, почему разные критерии предъявляются к разным субъектам?


М.Топилин: По поводу разного надо будет посмотреть ещё внимательно. Мне кажется, подходы всегда были одни: если это пенсия, то она назначается по потере кормильца, если там идёт речь о возмещении вреда (там идут выплаты специальные), то там действительно, если что-то получал тот, кто в последующем умер, членам семьи потом это выделяется за исключением доли ушедшего из жизни…


Д.Медведев: А в чём разница с возмещением вреда?


М.Топилин: То есть на тех наследников, которые остаются жить. Вот в этом может быть разница.


Д.Медведев: Если речь идёт об обязательствах по возмещению вреда в рамках гражданского законодательства (это имеется в виду?), то, насколько мне позволяет судить… Вообще в советские времена много чего, так сказать, в этом плане принималось и действительно иногда использовались разные критерии, но с точки зрения самого обязательства по возмещению вреда, здесь не должно быть различий. Но надо посмотреть на практику и когда это возникло. Я всё-таки подозреваю, что это ещё с прежних времён осталось. То есть это не, так сказать, правило российского законодательства, это, скорее всего, что-то, принимавшееся в прежний период.

Давайте всё это оценим.

<…>



Источник: Правительство России

Назад к списку


Добавить комментарий
Прежде чем добавлять комментарий, ознакомьтесь с правилами публикации
Имя:*
E-mail:
Должность:
Организация:
Комментарий:*
Введите код, который видите на картинке:*